Коммерсант: Копить — не строить

0

Исходя из обсуждения на заседании правительства государственных инвестиций, Белый дом готов де-факто отказаться от принципов февральского антикризисного плана. Жизнь при $60 за баррель выглядит не такой бедной, как казалось два месяца назад, и фактически план заменен на идею Минфина: не создавать «банк плохих долгов» и вообще забыть обо всех антикризисных программах до весенней правки бюджета на 2015 год, а пока максимально наполнить антикризисный фонд Белого дома.

Формально основная тема вчерашнего заседания правительства была технической: министр экономики Алексей Улюкаев представлял доклад о выполнении федеральных целевых программ (ФЦП) и федеральной адресной инвестиционной программы (ФАИП) в 2014 году. Но, по существу, отчетность по уже израсходованным средствам на ФАИП и ФЦП имеет прямое отношение к бюджетной политике 2015 года: с весны 2014 года глава Минфина Антон Силуанов настаивал на том, что часть даже текущих госинвестрасходов нужно пересматривать, в том числе в связи с коррекцией госпрограмм. А после первой волны девальвации рубля в сентябре 2015 года, перехода к спецрежиму исполнения бюджета на 2014 и начало 2015 года (см. «Ъ» от 14 октября 2014 года) и старта кампании по сокращению госрасходов на 10% стало очевидно, что ранее запланированный ведомствами-получателями средств в рамках ФАИП и ФЦП (всего это около 1,5 трлн руб. в 2014 году) перенос расходов на 2015 год может означать, что проекты не будут реализовываться вообще — во всяком случае, в бюджетно обозримой перспективе. Январская позиция и Минфина, и Минэкономики, и премьер-министра Дмитрия Медведева, и президента Владимира Путина по госинвестрасходам была крайне жесткой: в 2015 году новых строек в рамках ФАИП и ФЦП не начинать вообще, деньги выделять лишь на то, что можно закончить в этом году, и эти изменения нужно учесть при коррекции бюджета на 2015 год (напомним, его обсуждали на прошлом заседании правительства).

Дмитрий Медведев, открывая заседание, уточнил, что федеральные расходы по ФЦП и ФАИП (программная часть инвестпрограммы включена в ФЦП, непрограммная — идет отдельно) «должны быть приведены в соответствие с обновленным федеральным бюджетом». Отметим, сделать это, как предполагали Минфин и Минэкономики в конце января при разработке антикризисного плана, к концу февраля технически было невозможно — напомним, ведомство Антона Силуанова и сейчас не имеет окончательной версии нового бюджета-2015, он продолжает согласовываться. Впрочем, Алексей Улюкаев в своем выступлении подтвердил: на самом деле из 46 ФЦП лишь по трем программам все корректировки де-факто закончены и по трем будут закончены в ближайшие дни, 14 проектов скорректированных программ «на ранней стадии отправлены на доработку» (то есть Минэкономики не готово работать с этими документами вообще), а по 13 ФЦП ведомства и не посылали никаких документов коллегам.

Впрочем, ни паники, ни жесткостей, ни оргвыводов это сообщение главы Минэкономики, из которого следует, что более половины сейчас реализуемых ФЦП и значительная часть ФАИП уже в апреле 2015 года, когда исправленный Минфином бюджет будет обсуждаться Госдумой, будут содержать заведомо ненужные госрасходы, не вызвало. Мало того, Алексей Улюкаев предложил, по сути, отказаться от избыточной жесткости в отношении ФАИП и ФЦП в 2015 году — корректировать госинвестрасходы предложено в «пообъектовом», то есть ручном режиме, и эту инициативу поддержал Минфин.

Таким образом, всего за месяц после утверждения антикризисного плана Белого дома тональность обсуждения его правительством сменилась. По данным «Ъ», к заседанию правительства были подготовлены и общие материалы о том, как исполняется антикризисный план от 27 января. Из 60 пунктов плана однозначно «выполнены» 12 пунктов, 22 пункта плана находятся «в стадии выполнения» или «частично выполнены» с сорванными сроками (преимущественно этот срок — 27 февраля), а по пяти срок, указанный в плане, просто не наступил. Прочие пункты фигурируют, по словам собеседников «Ъ», с пометками «не выполнено» — при этом никаких особенных конфликтов в Белом доме это, отметим, не вызывает.

Причина происходящего в том, что в течение февраля правительство сменило «антикризисную» идеологию: идею массированной госпомощи всем возможным секторам экономики, которая предлагалась в январе 2015 года в качестве превентивной меры, заменила идеология Минфина.

Антон Силуанов вчера де-факто повторил ее в правительстве. «Объемы бюджетных ассигнований, которые выделяются на эти инвестиции (в рамках неначатых и незавершаемых в 2015 году в рамках ФАИП.— «Ъ»), нужно перераспределить в антикризисный фонд для решения тех задач, которые мы сейчас и обозначили. Это в первую очередь реализация мер поддержки ключевым предприятиям, мер поддержки социальным секторам и так далее».

Первый шаг к мягкому отказу от январского плана де-факто произошел во второй половине февраля. Тогда правительство оперативно утвердило финансирование докапитализации банковской сферы и объявило нецелесообразным создание «банка плохих долгов». В конце февраля соответствующий доклад был направлен президенту РФ Владимиру Путину, сообщил источник, знакомый с позицией правительства. Как писал «Ъ» 29 января, уже на первом этапе обсуждения этой идеи наиболее сложными стали вопросы о том, по какому принципу должен осуществляться отбор активов для выкупа с балансов банков, а также ответственность за расходование госсредств на эти цели. Тогда же источники «Ъ» сообщали: идея в принципе не поддерживается экономическим блоком правительства. После отказа от идеи «банка» Минфин начал готовить поправки в бюджет-2015, которые были построены на том, что правительству нужен максимальный антикризисный резерв на 2015 год. Из него в случае необходимости можно поддерживать компании и соцсферу. Наконец, сейчас очевиден и следующий шаг: если «резерв» не потребуется (со второго полугодия 2015 года), на сумму его экономии можно не тратить Резервный фонд. «Банк плохих долгов» был самым дорогим из возможных проектов в рамках плана — реализация идеи потребовала бы сотен миллиардов рублей в год.

Вероятно, убедить правительство не давать денег никому прямо сейчас и не отбирать их окончательно Минфину помогло отсутствие в январе—феврале 2015 года каких-либо видимых социальных последствий только начавшейся рецессии (так, по данным «Ъ», отказ от предоставления регионам в 2015 году еще 30 млрд руб. на борьбу с безработицей объясняется очень просто: у правительства просто нет оснований считать, что безработица так вырастет), умеренно плохая конъюнктура (план писался, когда предположения о цене нефти в $40 за баррель были вполне распространенными) и «отложенный» характер экономического кризиса. Отметим, хотя в большинстве случаев протесты против такой тактики правительства слабы потому, что по состоянию на февраль ситуация оказалась лучше прогнозируемой, по крайней мере в нескольких отраслях (например, в автопроме; см. справку), по мнению игроков, никакие антикризисные меры не помогут. Впрочем, пока идея Минфина о том, что до мая 2015 года, когда Госдума примет новый бюджет, антикризисные меры лучше де-факто отложить, правительству нравится: она дает надежду на то, что уже летом 2015 года можно будет вернуться к обычной жизни.

Или не вернуться — тогда и выяснится, хватит ли антикризисного резерва Антона Силуанова на всех.

Автопром и авиация остались без поддержки

Правительство так и не выделило автоконцернам 10 млрд руб. на продление госпрограммы утилизации автомобилей в первом квартале, рассказал «Ъ» источник, знакомый с ходом выполнения антикризисного плана Белого дома, постановление не подписано в срок — до 27 февраля. «Минпромторг разработал все необходимые документы, но дело в позиции Минфина, который указывает на то, что пока в бюджете и антикризисном фонде не предусмотрены средства на продление»,— уверяет один из источников «Ъ», вопрос будет решаться на согласительном совещании у вице-премьера Аркадия Дворковича. В Минпромторге и Минфине не ответили на запросы «Ъ», в аппарате вице-премьера от комментариев отказались.

Госпрограмма автоутилизации стартовала осенью 2014 года, в ней участвуют легковые машины, LCV и грузовики российской сборки, скидки составляют 40-350 тыс. руб. До конца года было продано около 200 тыс. машин, и тогда автоконцерны тоже вели программу за свой счет, а государство компенсировало им 12,9 млрд руб. в конце года. Сейчас заводы тоже возмещают скидки из собственных средств, но в гораздо меньших объемах — программа потеряла популярность. По оценкам источников «Ъ», общий объем продаж пока составил лишь 25 тыс. автомобилей, а затраты на скидки — около 1 млрд руб. То есть все 10 млрд руб. до конца марта могут просто не понадобиться. Но автопроизводители подчеркивают, что «опасений, наоборот, стало больше». «Осенью ситуация в экономике была стабильнее, а сейчас любые траты без гарантии возмещения увеличивают финансовую нагрузку»,— отмечает один из них.

По другим мерам поддержки ситуация аналогичная. Не подписано постановление о софинансировании из бюджета закупок газомоторной техники регионами на 3 млрд руб. (должно было выйти 12 февраля), не утверждены дополнительные субсидии на закупки сельхозтехники и средства на обновление транспортного парка в регионах (планировалось до 27 февраля). Нет решений по дополнительным субсидиям в 960 млн руб. на региональные авиаперевозки, средствам на обновление авиапарка, рефинансирование кредитов — и по введению льготного НДС в 10% на внутренние авиаперевозки. Егор Попов, Яна Циноева

Дмитрий БУТРИН, Денис СКОРОБОГАТЬКО, Ольга ШЕСТОПАЛ

Комментарии закрыты.

This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Read More

Privacy & Cookies Policy