Forbes Russia: Успеть до октября: когда юань станет резервной валютой

0

Осень может стать переломным периодом для мировых финансовых рынков. Ожидается, что к концу 2015 года ФРС может перейти к ужесточению своей политики, начав цикл повышения процентных ставок. Учитывая слабую динамику экономических показателей США в 1-м квартале, почти уже никто не сомневается, что моментом для возможного решения будет не июль — называются сентябрь, октябрь или даже декабрь, когда пройдут совещания Комитета по операциям на открытом рынке.

После вошедшего уже в историю выступления бывшего главы ФРС Бена Бернанке в мае 2013 года и последовавшей за этим острой реакции мировых рынков, действия американского регулятора признаются сегодня одним из ключевых рисков для развивающихся рынков. К числу таких рисков относят и ситуацию с платежеспособностью Греции, которая периодически дает поводы для дискуссий о вероятности рецидива долгового кризиса Еврозоны. После победы консерваторов на выборах в Великобритании, «пугалкой» для инвесторов стал и предстоящий референдум о выходе страны из Евросоюза.

Нельзя обойти стороной еще одно возможное осеннее событие, которое очевидно повлияет на мировые рынки и развитие мировой экономики. В рамках очередной пятилетней ревизии МВФ должен будет принять решение о сохранении нынешнего состава корзины Специальных Прав Заимствования (SDR) или о дополнении их списка китайским юанем. Пять лет назад МВФ уже отказывал Китаю, аргументировав решение отсутствием свободного плавания валютного курса юаня. Однако с тех пор произошли существенные изменения. Для внешнего наблюдателя наиболее значимыми из них были постепенное снижение темпов экономического роста и стремительный рост объема золотовалютных резервов, которые выросли за пять лет в 1,5 раза, до $3,99 трлн.

Однако, падение потребительского спроса в мире, подорванного кризисом в США 2008 года и долговым кризисом 2011-го в Еврозоне, снижение производительности и инвестиций в мире отразились негативно и на экспорте Китая, который снизился до 10% к ВВП в конце 2014-го по сравнению с 18% по итогам 2010-го. Темпы роста экономики замедлились с 11-14% в 2005-2007 годах до 7,4% по итогам 2014-го, в то время как ВВП на душу населения вырос почти в четыре раза до $8000.

В 2015 году Народный банк Китая ожидает замедления темпов роста до 7,0%, а МВФ — до 6,8%.

Очевидно, что угроза адаптации страны к «новой нормальности» подталкивает власти Китая к поиску новых условий и двигателей развития экономики. Старые механизмы и условия, такие как переток в города сельскохозяйственных рабочих и использование дешевой рабочей силы, себя полностью исчерпали. Китай заявляет сегодня об амбициозных проектах, таких как Новый Шелковый Путь и Азиатский Международный Инвестиционный Банк, для быстрого и успешного продвижения которых юань, в качестве резервной валюты, был бы совсем не лишним подспорьем.

По данным международной межбанковской системы SWIFT юань обошел евро, став второй самой используемой валютой в торговом финансировании. В качестве расчетной валюты юань также сделал головокружительную «карьеру», поднявшись с 35-го места в октябре 2010 года (когда МВФ последний раз пересматривал корзину SDR) на 5-е место в 2015-м. В азиатско-тихоокеанском регионе юань сегодня стал первой по популярности валютой, поднявшись с 5-го места в 2012 году и обойдя японскую иену, гонконгский доллар, доллар США и австралийский доллар.

Отказав Китаю в 2010 году, МВФ исходил из четырех базовых критериев. Первый — объем транзакций на валютных спот-рынках, второй — объем транзакций на рынках валютных деривативов, третий — использование валюты центральными банками в качестве резервов. По этим трем критериям юань теперь может претендовать на статус резервной валюты.

А вот по четвертому критерию — рыночному курсу — единого мнения нет.

Поэтому США, с их ревнивым отношением к теме, могут занять жесткую позицию — МВФ должен придерживаться собственных правил с точностью до буквы. Ряд экспертов допускают компромиссное решение — усилия Китая будут оценены Фондом в октябре, включение юаня в число резервных валют будет отложено на некоторый период до осуществления страной более ощутимого прогресса по спорным вопросам, ведь правила Фонда допускают более частый, чем раз в пять лет, пересмотр состава корзины SDR (допускается в случаях, если условия в мировой торговой и финансовой системе, а также значение валют для них кардинально изменились). Однако такой подход явно не устроит Китай и не соответствует его планам развития. Главное желание Пекина — увидеть юань в качестве резервной валюты уже в январе 2016 года.

За последние годы Китай активно проводил политику либерализации валютного курса, позволив юаню укрепиться к доллару США более чем на 6% с 2010 года. Осуществленные к сегодняшнему дню шаги позволяют иностранным инвесторам торговать акциями и облигациями на бирже Шанхая через гонконгскую биржу. А в конце мая китайский и гонконгский регуляторы договорились о том, что с 1 июля инвестиционные фонды смогут начать трансграничные операции с квотой в 300 млрд юаней ($48 млрд) в каждом направлении. Скорее всего ЦБ Китая в ближайшие месяцы еще несколько раз снизит резервные требования к банкам.

Запустив в 2011 году программу RQFII (Renminbi Qualified Foreign Institutional Investor), Народный банк Китая продолжает создавать клиринговые банки для интернационализации операций в юанях. Имея в портфеле соглашения о свопах в национальных валютах с 28 центральными банками, среди которых ЦБ Германии, Англии, Австралии, Бразилии, России и подписав в конце мая очередное соглашение с ЦБ Чили, Китай довел объем RQFII до 920 млрд юаней.

Так что же даст Китаю признание его валюты в числе резервных, какие риски и возможности для самого Китая и мировых рынков возникают в этой связи?

Для самого Китая, это, прежде всего, окончательное признание глобального статуса страны и ее растущей роли. Геополитически, это реальная заявка на многополярный мир и реформа мировой валютно-финансовой системы, где четко прочитывается устранение гегемонии доллара. В этом же контексте можно рассмотреть интерес Китая к альтернативному ценообразованию ключевых сырьевых товаров в мировой торговле.

Это возможность дальнейшей экспансии — интернационализация потоков в сочетании со статусом резервной валюты снизит стоимость заимствования для китайских компаний, в то время как конвертируемость счета текущих операций вполне себе согласуются с долгосрочными потребностями страны в финансировании. Конвертируемость валюты повысит доверие и ускорит развитие внутреннего рынка капитала, расширит возможности туристического бизнеса.

С другой стороны интернационализация счета текущих операций повысит волатильность курса и внутреннего рынка. Однако признание юаня в качестве резервной валюты лежит не только в области амбиций Китая. Это может оказаться крайне полезным для остальных стран и рынков, т.к. многополярная международная валютная система априори является более устойчивой. Появление на авансцене мощного игрока, обладающего всеми формальными основаниями (в виде решения МВФ), диверсификация валютных резервов центральными банками за счет активов, номинированных в юанях, позволило бы сохранить относительную стабильность на фоне корректировки монетарной политики ФРС. Например, с момента появления евро, его вес в валютных резервах центральных банков мира постепенно увеличивался, достигнув по данным МВФ максимума в 28% в 2009 году на фоне кризиса доллара, сохраняя за собой и по сей день статус второй по популярности расчетной валюты в мире.

Для различных категорий инвесторов включение юаня в число резервных валют, помимо изменения направления потоков капитала, это будет означать расширение спроса на акции китайских компаний, а также облигации, ставки в которых будут снижаться ускоренными темпами. Можно с уверенностью сказать, что государственные ценные бумаги, номинированные в юанях, ранее не включавшиеся в состав широко отслеживаемых инвесторами индексов по долговым рынкам, ввиду мер валютного контроля в Китае, теперь туда войдут. Возможно даже сразу с большим весом и, очевидно, перераспределение весов в данных индексах произойдет за счет облигаций стран Азиатского региона, Восточной Европы и, возможно, России.

Александр ОВЧИННИКОВ

Автор — начальник аналитического департамента агентства «РусРейтинг»

Инфографику к статье можно посмотреть на сайте источника.

Комментарии закрыты.

This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Read More

Privacy & Cookies Policy